Не так давно я открыла для себя трилогию Генрика Сенкевича о Речи Посполитой второй половины XVII в. («Огнем и мечом», «Потоп» и «Пан Володыевский») и нашла в этом мире немало ярких образов. Один из них я и представляю высокому собранию. Встречайте — польский образец герцога Ландешота! Его зовут Ян Скшетуский, и он настоящий рыцарь без страха и упрёка.

Первая любовь Красного Джона, которая оказалась на поверку той ещё жучкой на букву "с".

Добродушный, но постоянно ворчащий лесной повар сэр Бенжамин Уиллис, наверное, запомнился читателям с первой книги. И я предлагаю на его образ лицо Юрия Смирнова.

Нашла лица Теодора и Тоода в "Балладе о доблестном рыцаре Айвенго". Собственно, Петерис Гаудиньш мне их и напомнил!

Рискну предложить на образ шотландского наследника актёра, который уже был коронован в аналогичную эпоху.

Мне очень нравится эта актриса, ей удаются неплоские образы. Так вот, вспомнив один из таких образов, я решила предложить Анну Ковальчук на "лицо" (и тело) леди Анжелины - карризно́й и своевольной красавицы с закрытым наглухо сердцем.

Удивляюсь, как это мы ещё самого знаменитого испанского артиста не взяли на кастинг в роль Джима Токкинса? Антонио Бандерос - собственной персоной!

Долго искал Робина, но вот наконец нашёл!

Вот такого Августа нашёл)

Вчера пересматривала "О бедном гусаре замолвите слово" и подумалось: а чем Настенька - не Ирена? Ну не сама Настенька, а Ирина Мазуркевич, конечно.