Эта партия в шахматы между принцем Августом и принцессой Анжелиной в очередной раз возвращает нас к мыслям о том, что в политике сведущи только люди, с детства обученные хитроумным интеллектуальным занятиям...
Принц Август раздумывал над позицией фигур шахматной доски. Принцесса Бранденбургская пыталась что-то писать, сидя за маленьким столиком в пяти ярдах от него.
– Чёрт возьми, – злобно прошипела Анжелина, ломая перья. – Долго я ещё буду под пристальным вниманием Тайной канцелярии?!
– Подозреваю, что теперь – до конца своих дней, – философски заметил наследник и передвинул слона.
Тонкие пальчики принцессы забарабанили по столу.
– Шагу нельзя сделать. Как это унижает!
Шипение из угла не прекращалось. Август поднял взгляд на невестку. Весь облик молодой женщины говорил о её сильном нервном возбуждении.
– Главное, чтобы тебе не приписали сейчас лишних игр против трона.
– Против твоего трона! – огрызнулась Анжелина, обернувшись.
– Да, именно так. Твой ход, сестра.
Красавица порывисто подошла к шахматам, взметнув пышными юбками без кринолина, и, рассматривая положение своего ферзя, пробормотала: – Мой ход… Я уже сделала такой ход, что в ответ получила шах…
– Главное, что не мат, – следя за изменениями в лице принцессы, отметил принц. – Брак с Фридрихом – не самое страшное, что могло с тобой случиться. Во всяком случае, здесь у тебя есть я.
Тонкие пальчики дамы взяли коня, который, проскакав зигзаг, поставил в опасную позицию ладью Августа. Наследник опустил взгляд на доску со словами:
– И значит, не всё потеряно… Теперь важно сохранить на голове корону.
Анжелина тяжело опустилась на резной стул со своей стороны шахматной доски. Накрахмаленные юбки призывно зашуршали. В памяти всплыли косые строчки, перепачканные кляксами, которые жадно приняло пламя камина. Остин Вендер, сам того не ведая, привёз первой леди страшный компромат на её крёстного отца: дневник Роквелла, в котором он писал полные отчаяния обращения к погибшей принцессе Марии, матери Анжелины. <... >
– Мне б живой остаться в этих условиях, – тихо проговорила молодая женщина.
– Пока мы с тобой в альянсе, тебе ничего не угрожает, – подняв на невестку взгляд, промолвил наследник.
– Из-за этого альянса за мной и слежка такая! – воскликнул красавица, указав руками на дверь.
– Да, не всегда друзья прослушивают наши разговоры, согласен, – кивнул Август, раздумывая, отдать Анжелине ладью или сбежать из опасного места. – Но пока ещё я начальник Тайной канцелярии.
– А что будет со мной, если тебя убьют? – нервно перебирая пальцами, спросила жена Фридриха.
Август снова поднял на неё спокойный взор.
– Тогда у тебя останется лишь один выход – быть в альянсе с мужем и пытаться запихнуть его на трон всеми правдами и неправдами.
– Да какой из него король? – процедила сквозь зубы женщина, отвернувшись. – Дай Бог вашему отцу долгих лет. Мне сейчас не под силу такие игры… Ещё и Англия подбрасывает сюрпризы. Наследник кивнул и всё же решил сделать ход ферзём, оставив ладью на «съедение» коню невестки. Анжелина проследила за его действием и задала вопрос, который мучил её уже несколько дней:
– Что будет, если моя сестра выйдет замуж за Генуэзского?
– Пожалуй, это станет шахом для меня, – пробормотал принц, убирая фигурки с доски, и поднял голову, обратив взор на жену брата. – Объединение протестантов не понравится католикам. Рим не даст мне сесть на трон, ты это понимаешь.
Анжелина кивнула. Её поражала выдержка наследника, который ровным тоном говорил о своей незавидной судьбе.
– А немцы не хотят Фридриха. Если твоя сестра выйдет замуж за своего подданного, то Папа вдвойне не одобрит меня как короля Пруссии и Бранденбурга, – произнёс Август и откинулся на спинку стула: – Впрочем, он любое моё действие уже не благословит. Я ему больше не интересен.
– Ещё бы, – процедила красавица. – Ты же решил остаться лютеранином.
– Значит, альянс с Англией возможно поддерживать только через тебя. И с Нидерландами – тоже. Елизавета Богемская периодически просит помощи. Я держу связь с Кристианом Бранденбургским. Он за королеву в огонь и воду готов пойти, как этот ваш Остин Вендер – за наследницу.
– Да, но если мы эту помощь окажем, то вокруг нейтральной пока Пруссии сомкнётся кольцо католиков, – поставив на столик с шахматной доской тонкий локоток, мелькнувший меж рюшечек укороченного по последней моде рукава, произнесла Анжелина. Принц мельком взглянул на изящные изгибы принцессы и вернул взгляд на её лицо.
– А если не окажем, то твой дядюшка будет иметь полное право разлюбить нас и пойти войной на Пруссию, несмотря на то что мы в родственных конфессиях.
– И что тогда будет со мной?
Англичанка замерла, отчего стала ещё больше напоминать статую. Её нервы были на пределе, и держаться становилось всё сложнее и сложнее.
– Если не разведёшься, то останешься королевой здесь.
– Королём будешь ты, а не мой муж, – напомнила красавица. – И попробуй только умереть, я тебя на том свете достану!
В низком голосе Анжелины смешались рычание и шипение.
– Даже если я буду королём, то я не женат, и поэтому мне всё равно придётся признавать своими наследниками твоих детей, Энж.
Анжелина откинулась на спинку и буквально просверлила деверя взглядом.
– А не боишься ли ты, что нас обвинят в адюльтере после такого решения? Доказать, от кого я родила, будет непросто: вы единокровные братья.
– Согласен, – кивнул принц и указал глазами на шахматную доску: – Но иного выхода нет. Твой ход, сестра. Женщина передвинула коня и небрежно скинула с доски ладью наследника.
Кто выиграет в этой партии, непонятно, потому что мы не видим весь расклад на доске. Но сцена ОЧЕНЬ кинематографична!!!
Миры Рины Аньярской 
- Yarko!
>>>